Теперь все часы снова шли — Муми-троль завел их во всем доме, чтобы не чувствовать себя таким одиноким. Но так как счет времени он утратил, то поставил часы на разное время — может, какое-нибудь и окажется правильным.
— Туве Янсон. Волшебная зима
Не знаю, насколько армия — школа жизни, но чему-то полезному научиться в армии, действительно, можно. Например, скоропечатанию. Конечно, если вы служите в доблестных войсках связи. В компьютерный век уметь печатать быстро и не глядя на клавиатуру — более чем полезный навык.
«Большая военная тайна» десяти-пальце-печатанья — РИТМ.
Я научился печатать вслепую в рядах Вооруженных Сил СССР (была такая страна, кто не помнит:) Забыл детали процесса обучения. Дело было в далеком 91-м в далеком Самарканде. Помнится, что клавиатура (телеграфного аппарата) была закрыта, перед глазами были таблички с текстами, но еще раньше таблички со схемами удара. Печатали с проговариванием вслух, например: «О — первым правым на месте бей!», «Ш — вторым правым вверх бей!» — приблизительно так.
Самое главное, на что следовало обращать внимание, был ритм. Не скорость, а ритм и безошибочность. Считали в армии не знаками в минуту, а группами (словами) в 40 минут. Опять рискую ошибиться, кажется, норма была 600 гр/40 мин. Сколько ты напечатаешь в минуту может быть важно для получения сертификата, для армии важно, как хорошо ты печатаешь на протяжении «долгой сессии». Уже в войсках наш майор «с опытом работы в ВС», но без активной практики, печатал так, что мог бы дать фору любой машинистке со стажем.
Хотя клавиатуру я вновь увидел только через 4 года после службы, сразу же начал печатать вслепую. Потребовалось очень немного времени для того, чтобы освоить латиницу.
Чтобы сказать, где какие буквы расположены, мне надо напрячься и мысленно отстучать какой-нибудь текст, например «В чащах юга жил бы цитрус, да но фальшивый экземпляр» (еще одна большая военная тайна, попробуйте разгадать ее сами:). Своей сегодняшней скорости не знаю — скорость не самоцель (равно как и в чтении). Но печатая эту заметку, я думаю только о содержании.