«Я, гражданин Союза Советских Социалистических Республик, вступая в ряды Вооружённых Сил, принимаю присягу и торжественно клянусь… «Даже во времена несмышлёной юности принятие воинской присяги воспринималось не как нечто священное и нерушимое, а как ещё один элемент армейской обязаловки. Единственное, что изменяла „торжественная клятва“,— возможность увольнений в город. Я служил в Самарканде, известный восточный базар манил и искушал.
Любой договор обязывает к своему исполнению только если он заключён добровольно, в трезвом уме и твёрдой памяти. Договор также должен иметь чёткие обязательства всех сторон и ограничения по срокам своего действия. Договор, навязанный силой, без возможности его разорвать, неправомочен (воинская присяга — пример такого договора без предварительных переговоров, по которому ты должен, хотя ничего не занимал, а вторая сторона свободна от
Но самый странный договор из известных мне (присяга хотя бы имеет видимость обязательных атрибутов) — это так называемый «общественный договор». Вернее, мне известно такое словосочетание. Общественный договор — это тот самый легендарный сферический конь в вакууме, о котором все слышали, но никто никогда не видел.
Именно в силу своей абстрактности и неуловимости термин оказался крайне удобным для государственных нужд и потребностей.
Если в тёмные века податному населению его подчинённое положение объяснялось «волей Божьей», то в наши просвещённые времена тому же населению та же позиция поясняется «общественным договором». Звучит солидно! И ты уже не жертва вооружённого ограбления, а полноценный участник процесса. Можно сказать, партнёр!
Тот, кто написал «В начале было Слово», был настоящий буддист и знал своё дело.